Виноградов Сергей Васильевич. Мемуары технического специалиста Часть 2. Глава 1. Болтун - находка для шпиона Слышал однажды одну лекцию, на которой лектор сказала примерно о следующем. Человек приходит в фирму, там знают, что у человека есть сестра, а брата нет. У него спрашивают: "У вас есть братья?". Лектор посчитала, что есть два ответа: "Нет" и "Нет, только сестра". Из чего сделала странный вывод о том, что человек, выбравший первый вариант ответа умеет хранить тайну, а второй - нет, так как он выболтал информацию, о которой у него не спрашивали. Что, по мнению лектора, можно использовать при приёме на работу. Реально это можно использовать при приёме на работу только этого лектора. Точнее при отказе в приёме на работу, так как лектор не квалифицирован. Если человек может при коммуникации ответить на вопрос о брате, то, вероятнее всего, коммуникация является доверенной на эту тему. А значит, можно рассказать и о сестре. Таким образом, человек, рассказавший о наличии сестры, не показал, что не умеет хранить тайну. Он лишь показал, что умеет эффективно общаться, так как предоставил чуть больше информации, что часто бывает нужно при общении. В то же время, если в коммуникации нельзя разговаривать о сёстрах, то, вероятнее всего, и о братьях тоже не стоит. А значит, даже простой ответ "нет" уже является разглашением тайны. А значит, человек уже не умеет хранить тайну. Прежде всего, умение хранить тайну - это умение контролировать статус коммуникации, её доверенность по обсуждаемой тематике. Второе - умение контролировать, что ты говоришь конкретно. Третье - умение контролировать на какие темы ты разговариваешь. Четвёртое - умение контролировать приёмы манипуляции, приёмы открытия коммуникации и запоминать, на какие темы пытались открыть коммуникацию. Пятое - умение закрыть коммуникацию, если не получается по-другому, то резко и грубо. Здесь мы видим, что лектор не поняла этого. Какие реально ответы могут быть на вопрос "есть ли у вас братья"? Прежде всего, это ответ, явно закрывающий коммуникацию. Что-нибудь типа: "Я не буду разговаривать на эту тему". Временно закрывающий коммуникацию и частично контратакующий: "А зачем это нужно?". Контратакующий: "А что, кого-то хочешь замуж пристроить и ищешь кандидатуру?". Ещё один контратакующий: "Кто вас попросил спросить меня об этом?". Неявно закрывающий коммуникацию: "О, вы знаете, братья, это такая сложная тема. Вот у моего друга есть брат. Мы с ним друг друга просто ненавидим? Я у него девушку отбил. Прелесть была, жениться уже хотели. Она сейчас в Чехию улетела. А у вас знакомые уезжали за границу?". В данном случае расчёт на то, что собеседник забудет, о чём он спрашивал, пока вы переходите с темы на тему, постепенно уводя её с родственных отношений. Мало того, он уже начинает выявлять у вас иностранные связи. Естественно, периоды могут быть более длинные, пример попыток закрыть коммуникацию таким образом можно увидеть в сериале "Следствие ведут знатоки", дело №6 "Шантаж", примерно с отметки 00:55:40. Открытие новой коммуникации - дело профессионалов. Особенно, если нужно сделать это незаметно. Человек уходит от вопросов так, что собеседник не замечает. Но даже путь явного закрытия коммуникации может быть интересен. Собеседник может быть так нагл, что начнёт у вас выспрашивать информацию всё равно, например, чем-нибудь таким: "Это невежливо, я ваш клиент! Вам что, не нужны клиенты? Ах нужны? Тогда будьте добры...", "Вас что, не учили в школе этикету?", "Вам что, неприятно со мной общаться?", "Вы не ответили на мой вопрос, это что, вызов?". Всё это говорит о вполне сознательном выспрашивании информации и об отношении к вам лица, который её выспрашивает. Разумеется, зная вашу психологию, вопрос может быть специально подобран так, что вы не дадите на него ответа или дадите неверный ответ. То есть дело не в том, чтобы выспросить у вас информацию, а чтобы затем использовать этот некорректный ответ для давления на вас или вашей дискредитации. Например, однажды на переговорах у меня спросили, когда именно будет исправлен дефект №785. Я указал, что первичный анализ будет произведён 27-ого декабря, и, если дефект простой, его тут же исправят, в противном же случае, он будет исправлен до конца января. И тут следует провокация от клиента: "дак в декабре исправим дефект, или в январе?". Я попытался объяснить ещё раз, потом ещё. Потом сказал, что гарантированно будет исправлен только в январе. Но мне всё равно не дают закрыть данный пустячный вопрос. Говорят: "но может быть исправлен и в декабре". "Да", - отвечаю я, - "может". И провокация идёт снова по тому же кругу. После переговоров они докладывают своему начальству, что переговорщик с нашей стороны недостаточно квалифицирован и не может ответить на вопросы. Ещё одним ответом может быть что-нибудь типа: "а вот ваш начальник, он сказал, что вы не должны задавать такие вопросы". Или: "я уже говорил на этот счёт с Петровым, он сказал, что сам заполнит позже". Тут используется отсылка к руководителю, который ничего такого не говорил и не делал, но проверить это прямо сейчас или вообще затруднительно. Можно использовать и отсылки к общественным нормам типа: "А вам не кажется, что это невежливо, задавать такие вопросы?". Неважно, что вопрос самый обыкновенный, человека неуверенного или с низким статусом можно запутать ими. И так далее. Зачем я даю так много примеров? Чтобы показать, насколько неквалифицированными бывают психологи, занимающиеся вопросами кадровой безопасности. Как оказывается, ничего этого лектор-психолог с опытом работы в области кадровой безопасности не знает и не учитывает. И, главное, преподаёт такие методики студентам, которые слепо начинают их копировать. В результате чего отсеивают не просто годных, но возможно, даже более предпочтительных кандидатов с точки зрения общения. Мемуары технического специалиста Часть 2. Глава 2. Болтун предполагает, а ЦРУ располагает
www.000webhost.com